О наших депутатах

Октябрь 14, 2013 в 8:13 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические | Оставьте комментарий

Почему наши уважаемые депутаты издают законы, которые только запрещают. И ни одного закона разрешающего. Есть у нас конституция, но жить по ней запрещено этими самыми законами. Крадут миллиардами, но ворами назвать их не самей. Сплелись с чиновниками в одну петлю для народа, и строго оберегают олигархов и чинодралов от гнева народа. Когда-то депутатов считали слугами наррода, а теперь кто вы, господа депутаты? Похоже, что вы стали цепными псами капитализма.
Коли так яро угнетаете народ. Ничего не построили кроме «Рублёвок». За каждую справку нужно платить пошлины. Празнуем день освобождения России, а от чего нас освободили, не объясняете. Наверное от жизни, иначе понять вашу деятельность нельзя. Министр обороны крадёт миллиарды, продаёт казармы вместе с солдатами, но почему же глав ком. это допускает. В какой стране можно увидеть, чтобы генерал армейский сидел в приёмной потаскухи министра обороны и с дрожью в коленях ожидал вызова? Может у нас не стало настоящих генералов? Когда-то в армии офицерство говорило «честь имею», что случилось с офицерами, которым без чести уютнее служить или прислуживать? Страшно и стыдно жить в нашем государстве. Почему честный и умный человек должен бежать из России, от гонений, а воры бегут от суда с награбленными миллиардами, правда называть их ворами наши законы, с благословления депутатов, не разрешают. Ответьте, кто знает, почему такое позволено в России избранным? Небольшое стихотворение в придачу: Много дел у депутата,
Жаль, что денег маловато,
Но решил свои задачи,
Прикупил себе три дачи.
Выбрал новую мадам,
И в Австралии вигвам.
Знает толк в своих делах,
Да прстит его Аллах.
Все, кто правит, так живут.
Их ворами не зовут.
Ведь они же так богаты,
Олигархи и магнаты.
Коли забухтит народ,
Перекроют кислород.
Скажут: «что все заорали?
Вы же сами выбирали.
Если заиграл гормон,
Есть на вас у нас ОМОН.
Он наденет свои маски,
И устроит свистопляски.
В этом деле он горазд.
Много ль рёбрышек у вас?
Вы поймите, и в России,
Кто-то должен жить красиво.
**

Реклама

думушка-дума

Декабрь 3, 2012 в 9:41 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические | Оставьте комментарий

В думе опять скандал. Депутаты схлестнулись так, что Москва закачалась. Надоело им отвлекать народ от бед и недочётов в своей работе всяким мелким враньём и детскими выдумками, навроде того, что надо ли выносить из мавзолея тело Ленина или закопать его прямо в мавзолее, чтоб не мозолил глпзп современному вороватому правительству, и не вселял глупых надежд рабочему классу. Или спорами, сколько платить матери-одиночке для поддержания штанов на нужном месте, тысячу или две, в деревянном исчислении? Стыдно стало перетирать такой вопрос, когда котёнок элитной породы в ихней среде стоит миллион «деревяшек». Подняли вопрос , ссылаясь на письма чиновников, олигархов и депутатов малых российских дум, разросшихся, как лишай на теле России. Вся эта публика завалила центральную думу вопросом, Когда в России будут присуждать, как высшую государственную награду, звание «вор в законе», главам правительства, президентам, чиновничеству, и самим депутатам на законном основании, чтобы они могли воровать, не оглядываясь? Поскольку в России звание «вор в законе» свято и выше всех иных званий. Оно не подлежит ни суду, ни нареканиям. Перед вором в законе даже президент не имеет права стоять в головном уборе. А прочей мелкоте навроде судей, прокуроров, и полицейского начальства полагается отчитываться перед ними, только стоя на полусогнутых с согбенной спиной, и глазами опущенными в пол. Один областной прокурор жалуется, что местный авторитет заставляет его так стоять по два, три часа. А у бедняги прокурора две позвоночных грыжи. После каждого отчёта перед авторитетом за свою деятельность, он неделями не может разогнуть спинушку, а ноги волочит, словно парали- тик. Не может ли думушка наша болезная замолвить за него словечко? Самое обидное, что авторитет грузин, подданный вражеской стораны, так сказать, а прокурор коренной россиянин. Из Грузии авторитетов выселили, а Россия большая, всем хватает места. Да и воруем-то мы все, а сидит, почему-то один Ходорковский. А если его в тюрьме возьмут да коронуют без разрешения думы? Нам же после перед ним всю жизнь на карачках ползать, до самой кончи- ны. Коммунисты, как всегда, встали в позу. Мы, де, с семнадцатого году прошлого столетия в законе, и нам президентский указ, не указ! Мы не желаем приниматть такое высокое звание из рук всякой бездари. Либералы им отвечают, вы засранцы, а наша партия в законе первее вас. Шиш вам, а не звания. Тпкое звание надо ежегодно подтверждатть новыми махинациями. Да и общак свой вы держите за бугром, а истинные воры в законе, денег из России не выносят. Да и поручи вам охрану общака, вы его в первый же день растащите. Единороссы говорят, нам не надо ваших званий, мы и так честно служим авторитетам, нам хватает того, что они отстегивают за услуги, даже с лихвой. Справедливая Россия потребовала провести ре- ферендум, чтобы всё было честно, с разрешения народа. Пусть народ сам решит, надо ли ему столько воров в законе или достаточно тех, что имеют. Тем более, вы такие трусоватые, авторитеты же, наоборот, люди сильные и волевые. Если вас всех возвести в это звание, то президент зимой уши отмтрозит, ему при встрече с нвми придётся постоянно шапку снимать, а если следующий президент будет лысым? Вы только о себе думаете, о себе радеете, а где народ в вашем сердце? Кто о нём позаботитс\? Пусть сами о себе заботятся, мы же позаботились о себе. Зарплаты и пенсии будут нормальные. Пусть крутятся, чем они хуже нас? При наших-то законах? Пусть затянут пояса, застегнут мотню, и вперёд на заботу. Депутаты так разгорячились, что стали плескать друг в друга водой для остуды, чтобы не вспыхнуть. Спикер сидел и дивился, на что замахнулись? Сами не могут толком решить вопроса о строительстве общественных туалетов, а туда же, в воры в законе. Да чтобы стать вором в законе, нельзя быть таким слизняком, чтобы самим у себя красть. Попробуй укради что-нибудь у вора в законе или утаи что-то от него. И нахрена вас столько? В городе хватает одного авторитета, и вся власть у него по струнке ходит. Он всем и конститу-
ция, и закон , и указ. Кара и награда. Вам доверили решать, сколько урн для плевков ставить у пивной, вы и этого не можете согласовать. Одну для всех плевков или для каждого плевка по урне. Второй год ре- шаете. Вы даже не можете решить сколько девок должно плавать в сауне с прокурором, а сколько с судьёй, сколько с начальником полиции. Тоже мне, Воры в законе. Пощипывайте бюджет и помалкивайте в тряпичку. С вас достаточно звания депутат или чиновник. И всем ясно, что вы за пичужки. В думе стало на один нерешённый вопрос больше. Решили перенести его на осеннюю сессию.

ещё о полиции

Июль 3, 2012 в 7:04 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические, Стихи о жизни | Оставьте комментарий

В особнячке пятиэтажном
Жил российский полисмен.
Плодовитый был и важный,
Словно в огороде хрен.
Брал со всех большие взятки
Этот скромный недотёпа,
Наводить любил порядки,
Но не так. как дядя Стёпа.
Морда, словно мяч с витрины,
Каждый бомж его знавал.
Он дубинкой из хрептины
Показанья выбивал.
Крышевал он проституток,
Наркодилеров, воров.
Вёл себя как клоун глупый,
Выпить был всегда готов.
Пять любовниц, три жены,
Окружвли его сан,
Были очень с ним нежны,
Он же, вёл себя, как хам.
И растил из деток смену,
За границу отправлял.
Хорошо жить полисмену,
Часто он их наставлял.
Честным жить в России тяжко,
То и дело холку мнут.
Вечно порвана упряжка,
И с колючками хомут.
Я в именье, какк в засаде.
Назватал всего, что мог.
Только шиш меня посадят,
Я здесь сам и царь, и Бог.
Мне правительство родное
Дало воли выше крыш,
Президент меня укроет,
У меня не пошалишь.
Мне чего дружить с тоскою?
Всё в моём владенье есть.
Все желанья под рукою,
Продаю права и честь.
Я горжусь своей работой,
Надо мной не грянет гром.
Власть жива моей заботой,
С ней мы делимся добром.
Вся братва меня балует,
Со стыда мы не сгорим,
А народец забунтует,
И народец усмирим.
Мы довольны нашей властью,
Власть в обиду не дадим.
разорвём кликушам пасти,
И пинками наградим.
Есть дубинки и петарды,
Ишь, привыкли бунтовать.
Сами делим миллиарды,
Не народу же давать.
Здесь у нас свои порядки,
Ими только и живём.
За награды и за взятки,
Честно «боремся» с жульём.
Всюду денежки живые,
Нам братишка каждый вор.
Мы ребята огневые,
С нами суд и прокурор!
**

Россия выборная

Март 17, 2011 в 12:32 пп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические, Стихи о России, Юморески и фельетоны | Оставьте комментарий
Метки: , ,

Прошли новые выборы, которые я считаю насмешкой и издевательством над народами России. Хвастовство нашей бандитской власти перехлестнуло все пределы. Жизнь, как была рабская и нищенская, так и продолжается. Поглядите на Русское село.
**
Что ж, Господа депутаты, выборы прошли удачно. Мы, слава Богу, опять на коне, в седле, так сказать, и можем дать шпоры своему подлому народишку, который совершенно зажрался, и считает западло рыться в мусорных баках. А коли людишки отказываются рыться в мусорных баках, это верный признак зажиточности и ожирения ума. Работать за минимальную плату они отказываются, а платить больше, мы не можем себе позволить. Не станем же мы из-за капризов черни, обижать олигархов, чиновников, и особенно, что важнее всего-самих себя.

Представьте, если всем накинуть по тысчонке, это же инфляция получается. Совсем другое дело миллиарды в руках олигархов, чиновников и депутатов. Тут об инфляции не может быть и речи, а если эти денежки раздать народу, это всё равно, что выкопать себе могилу. Представьте, что в России каждый человек сыт, обут, одет и ни в чём не нуждается…. Мы же им станем совершенно не нужны, а вся суть нашего существования, быть нужными народу. А если нет, теряется суть и смысл нашего существования.

Ведь что же все чиновники: судьи, прокуроры, депутаты и прочая народная обуза останется без дела. Куда тогда деваться всему честному чиновничеству и депутатству. Генералы без армии, это же бомжи. Они и с армией-то сплошная бестолочь. Кого станут обдирать наши деловые люди? Нет, если нас избрали, мы должны дожать народишко, пустить его окончательно по миру.

Нужно повысить возрастной ценз по выходу на пенсию, а то обнаглели, это при нашей-то продолжительности жизни, некоторые ухитряются не только дожить до пенсии, а даже получить её несколько раз, а то и лет. Это, господа депутаты, непорядок. Народец надо поприжать так, чтобы он каждый мусорный бачок брал с бою, и закапывался в него не по плечи, а по самую задницу. Землю отобрать совсем, чтобы они не только лучок посадить не смогли, а даже ходить по ней не смели. Пусть оплачивают каждый свой шаг.

По количеству бомжей мы ещё отстаём от некоторых третьих стран, это же позор! Должны же мы хоть в чём-то быть первыми. Разве сложно человека сделать бомжом? Добавить квартплату, накинуть на газ, на свет. И всё будет в ажуре. Пусть соперничают с бродячими собаками, кто выживет, тот и прав будет. А нам, представляете, как надо трудиться? Чтобы за четыре года депутат смог достичь уровня олигарха, а то и перещеголять его.

Скоро свободные острова останутся только в белом море и на крайнем севере. Юг уже весь скуплен. Вы же не станете строить свои дворцы где-то на Колыме или ещё далее. Хоть и охраны там много, но жить трудновато. Нет, лучше я сам буду платить охране, но где-нибудь на островах Океании.

Так что, господа депутаты, вносите свои поправки и предложения в дело затягивания поясов на ненасытном брюшке своего народишка, а ещё лучше, на шее. Время не ждёт, оно одно нам не подвластно. За дело, господа депутаты!

**
А возле брошенной деревни,
Где хлеб не сеют по весне,
Стоят высокие деревья,
В лохматой снежной седине.
Здес свадеб больше не играют,
Не делят шумно огород,
И стариков не поминают,
Ушёл и вымер весь народ.
Как от нашествия Мамая,
Как от чумы, от подлецов.
Вся Русь, как женщина немая,
Закрыла в ужасе лицо.
Не задымится ладан терпкий,
В морозной праздности свечей.
Лишь раскуроченные церкви,
С остатком битых кирпичей.
И хаты гомон не наполнит,
Никто не станет на постой,
Никто названия не вспомнит
Печальной деревеньки той.
**
Устала мама, руки сложены.
Перевернула гору дел,
Но что ни день, заботы множены,
А, вот, помочь никто не смел.
И чуть рассвет, а она вздыхает,
Возле печки квашню торопит,
Вдруг, хозяин стряпню охает,
Или горе в вине утопит.
Что-то хмурый с войны вернулся.
Не приветлив, не ласков стал.
Тоже, вроде, уже проснулся,
А помочь не желает, устал.
Был заботлив и очень весел..
И не раны тому виной,
Что так плечи свои повесил,
Опалённые лютой войной.
И детишек всё реже гладит,
Словно жалко хороших слов.
На вождей смотрит, как на гадин,
И ногами топтать готов.
Не за то воевал он, чтобы
Снова кровью заря взошла.
Только толку-то что от злобы?
Если правда куда-то ушла.
**
Всё быстротечно на свете,
Время летит не дивясь.
Кашляет муж в туалете,
Дымом табачным давясь.
Был волосами богатый,
Красив был и строен, зараза.
Ныне плешивый, рогатый,
Годен лишь для унитаза.
Хрипит астматическим горлом,
Рядом с помойным ведром.
Как сыч, в одиночестве гордом,
Топит хмельной синдром.
Снова не брит, не опрятен.
Пенсии нищенской рад.
Всем поаскушкамприятель,
Всем алкоголикам брат.
Злая болезнь его гложет.
Жизнь, нескончаемый бой.
Часами беседовать может,
С водопроводной ьрубой.
Жена размечталась не робко,
Не первый, знать, думает раз.
Возьму, вот, да выдерну пробку,
И смоет его в унитаз.
На нём, как на собственном троне,
Не зря, знать, в стройбате служил.
Сидит, как в глухой обороне,
И дверь на крючок заложил.
Отстреливаясь, улыбается,
Обиженно думаю я.
Не все же мечты сбываются,
В рекламе «моя семья.»
Внук подрастает красавчиком,
Вон, вокруг бабушки вьёт.
Беги в магазин за мерзавчиком,
А то ведь, опять не помрёт.
Бабка вхдыхает тяжко,
Сбегаю после обеда.
Отстань от меня Чебурашка,
Можно ли так про деда?
Внук только шмыгнул носом,
Рукой помахал, привет!
Глянул с немым вопросом,
Во взгляде блестел ответ.
**
Что ж, нынче путь у всех тернистый,
А мы уже немало прожили.
Быть может, мы не модернисты,
Но на мадеру глаз положили.
Быть может в нас излишек лености,
И не всегда легки манеры,
Но в передрягах современности
Нельзя поэту без «мадеры».
Что скажешь, абррис жизни смутен.
И все здесь временные путники.
Любил мадеру пить Распутин,
А мы-то чем же не распутники?
Что отдых в Ниццеи Париже?
Россия бредит островами,
Но наши доллары пожиже,
Что ж, мы их так приблизим с вами.
Поднимем полные стаканы,
Свою мечту лелея гордо.
Вот, есть на Пасхе истуканы,
Когда-нибудь набьём им морду.
Ну, что нам виза или ордер?
Мы можем запросто слетать,
А что касаемо, по морде,
В Кунгуре можно схлопотать.
**

стихи

Март 10, 2011 в 6:56 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические, Стихи о жизни, Стихи о природе | Оставьте комментарий
Метки:

Их укрывают травы в инее,
Они лежат по всей земле.
И нет ни холмика, не имени
Лишь годы серые в золе.
Их ищут вечерами синими
Солдаты новых поколений,
Им отдают салют и честь,
И преклонят свои колени.
Их нету, но они все здесь.
И не сдержать им слёз волнений.
**
Опять Россию окунули
В болото злачных нечистот.
Борьбу за кресла развернули,
Чтоб в думе не было пустот.
Опять кому-то намекнули,
Что кто-то ближнего сожрал.
Кого-то просто натянули,
Чтоб слюни больше не пускал.
Была Россия, как картинка,
Теперь дешёвенький плакат.
Как на заезженной пластинке
Хрипит её электорат.
Кого ни выбери-воруют.
Кого ни выбери-грозят.
А то, как голуби воркуют,
Иль просто головы дурят.
**
Пригорюнилась Яга,
Где каблук от сапога?
Толи Леший открутил,
Толи Коша проглотил?
Эх, жених, пошляк костлявый,
распустил язык слюнявый.
Я б такого жениха
Посылала на ха-ха.
Для чего его наряды?
Мы своей одежде рады.
Коль пришлось в лесу родиться,
Перед кем мне тут рядиться?
Леший тоже хиловат,
Да и очень плутоват.
Сплошь одни чертополохи,
Мы и в девицах не плохи.
**
Когда за жизнь его спросили,
Когда заела его лира,
То знаменитый БОМЖ России,
Ушёл искать войны от мира.
**
Удачно сказанное слово,
Удачно брошенный мазок,
И мир задумается снова,
Во что погряз его возок.
Нам кажется, что всё доступно,
Что всё дозволено для нас.
И быть жестоким не преступно,
Не ранит душу смерти пляс.
Чужое горе нам не в тягость,
Страданья чьи-то, мимо нас.
А унижение, даже в радость,
Но жизнь пред нами без прикрас.
Поэт, ведь тоже не кумир
С предназначением особым.
Рождён воспеть он этот мир,
Не оскорбляя сердце злобой.
Он хрупок, беден, но велик.
На ход событий не влияет.
Но, всё же, светлый, божий лик,
Пером поэта управляет.
**
Над горой луна повисла в ореоле,
Знать, мороз ударит по утру.
И мелькают бусинками в поле,
Раскружась, снежинки на ветру.
Лес хранит молчанье зимней ночи,
Заглушая ветра лёгкий свист.
Словно что-то важное пророча,
Чернота танцует дикий твист.
**
Из-под пера строка бежала,
Совсем, как из-под стражи ЗЭК.
Ну, что на месте не лежала?
Ведь у неё, что срок, то век.
Она такое настрочила,
Попутно на своём бегу.
Кого-то разуму учила,
И я прочесть её могу.
У ЗЭКа срок куда короче,
А век короче, чем строка.
Теперь бредёт под сенью ночи.
Да, жаль, конечно, мужика.
Его же всё равно поймают.
Поймают и добавят срок.
У нас на совесть жизнь ломают,
Всего-то надо пару строк.
Бежит из-под пера строка,
Ей всё равно куда бежать.
Для умного и дурака.
Её уже не удержать.
**
Воробьиным перебором бойким,
Утро пробудилось ото сна.
Сладковатым запахом помойки
Тянула ранняя весна.
Вся в пивных разводах панорама,
Кобелиных меток лёгкий штрих.
И среди разбросанного хлама,
БОМЖ хмельной, как мышь притих.
Он давно живёт в сливном колодце,
Там к нему не вяжутся менты.
Коли уж решил за жизнь бороться
ТО не брезгуй затхлой теплоты.
Но весна в разбухшие колодцы.
Талой вонью перельёт снега.
Это не менты, и с ней бороться,
Всё равно, что срезать берега.
Будет пить загаженную воду,
И дристать без видимых причин,
Оправдав весеннюю погоду,
Хилостью ослабленных мужчин.
**
Когда я первый раз коснулся
Тепла размётанных волос.
Мир, словно в сказку окунулся,
И за собой меня унёс.
Я плавал в волосах, как в водах,
Вдыхая аромат травы.
Куда девались эти годы?
Знать, тоже облысели вы.
**
Мы помним каждое число
Любого месяца и года,
Что стало людям не во зло,
Или трагедией народа.
Года свершений, дни побед,
Крутое время перелома.
И горше боль прошедших бед,
И ярче красота подъёма.
Всё слито в памяти людской.
Два вздоха-первый и последний.
Замена радости тоской,
Дни пораженья днём поедным.
**
Ночную роспись облаков
Подкрасил первый луч рассвета.
Весёлый шёпот ветерков,
Погоды верная примета.
**
Люблю края мои родные,
Люблю и чувствую Сибирь.
Шумят просторы вековые,
Живёт обветренная ширь.
тумана утренняя свежесть,
Укрыла капельки росы.
Свою испытываю нежность
Я в эти ранние часы.
В леса, повитые легендой,
Стремится вольная душа.
И вдаль её уносит лента
Всегда живого Иртыша.
Здесь доля гордая народов,
Здесь люди, полные любви.
Здесь шум дымящихся заводов,
И песня вечная Оби.
Алтай-жемчужина Сибири,
Ещё откроет главный клад.
Хранит её гремящей Бии,
Гранитный красочный наряд
И над Катунью облаками
Нависли вечные снега.
А мы, заботливо, руками,
Отправим славу их в века.
**
Зима хрипит простудою метели,
Кидает иглами колючие снега.
Земля укутана в пуховые постели,
Лежит безропотно, послушна и нага.
Беспечно ждёт звенящего апреля,
Чтоб сладко потянуться вновь.
Чтоб отогреть весеннею капелью,
Свою остуженную кровь.
Тогда взволнованные жилы
Погонят тёплые ростки.
И всё подымется, что живо,
Стряхнув объятия тоски.
Начнёт стрелять листвою в небо,
Причешет кроны ветерком.
Качая кустиками хлеба,
Ещё не свитых колоском.
**
Зима полна тоски и стона,
На всём проклятия печать.
И провода, устав от звона,
Ни как не могут замолчать.
**

стихи

Март 9, 2011 в 5:43 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические, Стихи о жизни, Стихи о природе | Оставьте комментарий
Метки: ,

Наводим целый век порядок,
Кичимся мудростью своей,
Но остаётся, как осадок,
Война и горе матерей.
Окопы длинные отваги
Укрыла новая трава,
А над колючками ГУЛАГА
Звучат проклятия слова.
Но век прокладывает тропы,
А мы торопимся за ним,
Копаем новые окопы
И новх узников растим.
Повсюду горе и беда.
Вся жизнь, как столбик полосатый..
Мы глупо тратили года,
Прости нам это, век двадцатый.
Прости нас век большой тревоги,
Народных войн и революций.
Мы новой жаждали дороги,
И счастья доброго на блюдце.
Но нам его не поднесут,
И наступающие годы
Планеты нашей не спасут,
Пока не сдружатся народы.
**
Всегда способствует злодей,
Добро на прочность проверяя,
И тайной зависти людей,
И явной злобе негодяя.
Чужой беде безмерно рад,
Он апллолдирует тирану,
Не требуя иных наград,
Как подсолить чужую рану.
Живёшь достойно, не спеша,
Не ведаешь в идущем рядом,
Что очень чёрная душа
Таится за наивным взглядом.
Всё в нашей жизни суета,
Ведь и Христос дружил с Иудой,
Тот, плача, продавал Христа,
Считая доброту причудой.
Здесь счастья человеку нет,
Хоть велики его старанья.
Он плачет заявившись в свет,
Предчувствуя свои страданья.
И что кому бы ни дано,
Пусть мало жил ты или много,
Но у живого всё равно
В одну лишь сторону дорога.
**
Мы удивляемся иконам,
Их взглядам чище бирюзы.
А вот приходим к ним с поклоном
Всегда в предчвуствии беды.
Когда светло нам, мы беспечны,
Не видим злого рока тень.
Не думаем о добром, весном,
Всё вспоминаем в чёрный день.
Не с голоду и не со страху,
А так, от жадности своей,
Снимаем с ближнего рубаху,
И машем, словно флагом ей.
Напомнил Бог, что все мы смертны.
Христа отдал на крест поднять,
Народ не понял этой жертвы,
И не способен был понять.
И мысли наши непристойны,
А значит, истина проста.
Мы этой жертвы не достойны,
Не будет нового Христа.
Чем мы живём, и чем мы дышим?
В своих заботах непростых.
С кого свои иконы пишем?
Кого возводим в ранг святых?
Для нас обман-святое дело,
Елея слаще анаша.
В продаже и душа, и тело,
Почти бесплотная душа.
Нас продавали целым стадом,
А иногда по одному.
Сдавали передом и задом
На производстве, на дому.
То увлекали нас застоем,
Давили тяжестью цепей.
Барачных запахов настоем
И разорением церквей.
Мы позабыли цену чести,
Милее доллар или фунт.
Тянулись радостно все вместе
Перед скотиною «во фрунт».
Теперь всё это пожинаем,
Не зная, что это за фрукт.
И не живём, а доживаем,
Как зря проквашенный продукт.
Не тленный или не тлетворный,
Всё задаю вопрос себе.
Что видит Спас Нерукотворный
В своей начертанной судьбе.
Судьба, она без поворотов,
Но на Руси всегда, поверьте,
Живыми славят идиотов,
А мученников после смерти.
**
Не троньте землю смертью атомной,
Не хороните красоту.
Она и так уж вся захватана,
С натугой вертится, в поту.
Ведь сами в ужасах потонете,
Живое вытеснит нейтрон.
Остановитесь все и вспомните,
Как развалился Фаэтон.
**
Плескалась речка в поворотах,
Играла чистою водой.
Под радугою, как в воротах,
Резвился месяц молодой.
Рисуя розовый закат,
Смущая красоту земную,
Счастливей будет во сто крат,
Кто видел радугу ночную.
В любви забудется, светясь,
Не как богатая кокетка,
Она смущается, сердясь,
И появляется так редко.
**
Треплет небо грозами,
Над лугами день.
Шелестит берёзами,
Радужная лень.
Лето запотелое,
Венок на голове.
Земляника спелая
Прячется в траве.
Рассыпает искрами,
Тёплую росу.
Рощами волнистыми,
Трелями в лесу.
**
Рассветом бредит ночь осенняя,
Но он далёк, тяжёл и пуст.
В тисках холодного волнения
Дрожит и стонет голый куст.
Да он и днём не обогреется,
И всё тоскует об одном,
Ещё на солнышко надеется,
Перед таким глубоким сном.
Но солнце кажется не часто,
Оно лишь бегло осмотрев,
Пройдёт над миром безучастно,
Ничуть земли не обогрев.
Оно полно своей заботы,
Ему пора к чужой земле,
Чужую выполнять работу.
Вернуться б к марту, на заре.
Вдруг, каплю первую разбудит.
Вернёт грачей, вернёт скворцов.
И улыбаться так же будет,
На царство сонное лесов.
**
Пыхтел устало паровоз,
Таща хлысты на длинных сцепках,
Как будто драгоценность вёз,
Сжимал в колёсах рельсы цепко.
Пускал натужные дымки,
Что думать, если ты проворен.
И вырубали мужики
тайгу уральскую под корень.
Пилили ровные кряжи,
Всё остальное шло в отходы.
На дно ложились этажи,
Древесной гнилью прели воды.
Несла река смолою пряной,
И кто считал те кубометры,
А на пустующих делянах,
Свободу праздновали ветры.
**
Что ты мне мозги запудрил,
Ты же лысый, как галош.
Это накладные кудри,
Своего-то только нос.
И снегурочка не внучка,
А любовница твоя.
Та ещё, скажу вам, штучка,
Это точно знаю я.
А в мешке-то не подарки,
ИШЬ, мороз, как истукан.
Там у них бутылка старки,
Да пластмассовый стакан.
Пляшут на исходе ночи,
Им до нас и дела нет.
Ты послушай, что бормочет,
Что несёт он, этот дед.
танцевали мы мазурку,
Он мне всех гостей смутил.
Погляди, за что снегурку,
Он так крепко ухватил.
Ухватил, и крутит резво,
Вон, капуста в бороде.
Ну, скажите, разве трезвый,
Так позволил бы, и где?
**
Пусть живём на воде и хлебе,
Пусть не все христианских кровей,
Но мы любим парящее в небе,
Благолепье кунгурских церквей.
Не подскажет не брат, не всевышний,
Где он будет, обещанный рай.
Только мне не сменить на столичный,
Свой любимый Присылвенский край.
**
Как ни крути, ни говори,
Что сладко в масле сыр катается,
В роскоши живут цари,
А чернь всегда в грязи копается.
Мы все хотим богато жить.
Что есть богатство* Всяк ли знает?
Над всеми алчностью кружит,
Оно, и разум затмевает.
Всего, что жаждают глаза,
Не поглотить душе заблудшей.
Господь нас жаждой наказал,
Но скромники живут не лучше.
Как слаб и алчен человек,
Цепляясь жадными руками,
В короткий свой, никчёмный век,
Он дохнет с голоду веками.
**
Высота твоих деревьев,
Красота твоих равнин
Славит русскую деревню,
С тяжестью её годин.
В перемены и застои,
Здесь, в неласковом краю,
Умирали деды стоя,
Как деревья на корню.
Не чуждались иноверцев,
Зло могли предостеречь
А вот, внуки память сердца,
Не сумели уберечь.
**
Хорёк ютился под сосной,
В довольно скромной, тихой норке,
Которая текла весной,
Не то, что у лисы на горке.
Был от природы не пенив,
Трудился ног не покладая.
Любой рабочий коллектив,
Терпел, хорька, не заедая.
И на его напрасный труд,
Кормилось впроголодь семейство.
А корму надобно не пуд,
Хорёк решился на злодейство.
Про кур не будем говорить,
Он их давить судьбой обязан,
А надо было сотворить,
Чтоб на всю жизнь.. и не замазан.
Сначала обобрал лису,
Набросив ей удавку лихо.
До той поры в его лесу
Всё было аккуратно, тихо.
Потом с бобра стянул тулуп,
Очистил закрома у белок.
Хоть от природы был не глуп,
Но жаден был и очень мело.
Волчина, с каплей на носу,
Носился опьяневшим кумом,
Искал воров в чужом лесу,
А о своих и не подумал.
Хорёк советовал, шутил.
Кричал, воров не любит страсть!
Народ наживку заглотил
И сунулся волчине в пасть.
Хорёк крутился в тех порах,
Хоть был почти уже не беден.
Отбросив как-то лишний страх,
Решил обчистить и медведя.
Вот тут хорька и зацепили.
И уши привязав к хвосту,
До хруста лапы закрутили
Тащили целую версту.
Волчина осердился зверски,
Дрожали в ужасе соседи.
Ну, как ты мог, воришка мерзкий,
Обчистить самого медведя?
И как ворюга ни крутился,
И как ворюга ни юлил,
С душою, всё-таки простился,
Его волчина засолил.
А заключенье таково:
Ты с подданных снимай по шкуре,
Но к сильным леса своего,
Не смей соваться, ты, в натуре!
**

стихи

Март 7, 2011 в 7:08 дп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические, Стихи о России, Стихи о жизни, Стихи о природе | Оставьте комментарий
Метки: , , , , , ,

Февраль холодным ветром дует,
В снежинках, змейками завитых,
Над полем брошенным колдует,
И над деревнею забытой.
За зиму долгую отпето,
Помянуто, забыто вновь.
Сама ты помнишь ли про лето,
Не гонишь ли весенних снов.
Что радости в людских авралах,
В задёрганности мужиков.
Не прорыхлит тебя орало,
Зерно не ляжет в ряд стежков.
В заросших межах дохнут мыши,
Не прокормиться воробью.
Но кто твой тихий стон услышит?
Молитву скромную твою.
Зачахнет, памяти переча,
Уйдёт в отчаянный разброд.
Не будет в пыльный летний вечер,
Цветеньем радовать народ.

**
Я сегодня всё о грустном,
И не хочется смешить.
Коли радости не густо,
Надо грусть поворошить.
Вон, за колеёй разбитой,
Пень ободранный грустит.
Грустный свет луны пролитой,
Грустной тенью угостит.
Грусть в заброшенной тропинке.
За полоскою тропы,
Устоялась грусть в ложбинке,
И цветы её слепы.
**
Народ — размытое понятье.
И если по вождям судить,
Давно уж заслужил проклятье,
Сумев изрядно наследить.
Егор кивает на Ивана,
Ты выбирал, а я, мол_шиш.
Как выборы, я вечно пьяный,
А ты бумажками шуршишь.
Нас мент безграмотный по роже
Дубинкой бьёт за просто так.
Раз позволяем, значит тоже,
Цена нам ломаный пятак.
Вся власть зубата, как акула,
Везде укусы, словно строчки.
Салазки Родине загнула,
И катит задницей на кочки.
А мы от этого катанья
Сумели получить сполна.
Не от вина, не от питанья
Болят и брюхо, и спина.
Болят от ямы, от ухабы.
Да от укусов, от нырков.
И вновь беременные бабы,
Плодят наследство дураков.
Мы разве Родины достойны?
Боимся, жмёмся по углам.
На ужасы глядим спокойно,
А мир нас судит по делам.
Не правда, что не виноваты:
Доярка, конюх, тракторист,
Что вождь занюханный, когда-то,
Морил их голодом, как крыс.
Они вины своей достойны,
Не надо языки чесать.
Но, слава Богу, он покойный,
Всё можно на него списать.
Мол, не топили мы таланты,
Напрасно нас обидел свет,
А лишь враги да диверсанты,
В колючку красили рассвет.

**
Кто молитву творил, кто ругался безбожно.
Кто налитый стакан допивал у стола,
Кто чужие карманы проверял осторожно,
Кто последнюю совесть пропивал до утра.
Босиком, без сапог, без портов, без рубахи,
Заунывную песню тянул мужичок.
Кто-то морду скривив, приготовился к драке,
Кто-то шарил в штанах, видно был пятачок.
Как его не пропить, если зря завалялся.
Пусть корову продал, голодает семья.
тут дурак заводной, вдруг, откуда-то взялся,
Обыграл, облопошил, обчистил меня.
Вот такой кавардак бесшабашный и жуткий
На России моей по столетьям бредёт.
Где правитель любой не честней проститутки.
Меньше строит и правит, а больше крадёт.
Кровь людскую пролить не считает пороком,
И преступный свой лик очень гордо несёт.
И рыгает Россия от кровавых уроков.
Притеснителям в морды, лишь зубами плюёт.
Уж и личности нет в этом затхлом болоте,
Вся прекрасная поросль пойдёт под топор.
По привычной традиции вечно в почёте
Обнаглевший нахал, проститутка и вор.

**
Оплывает воск свечи,
Пламя робкое в ночи.
То колеблется, то гаснет.
Мы растерянно молчим.
В тусклом свете видим мы
Пробужденье мёртвой тьмы,
И за окнами позёмку
Коченеющей зимы.
Тихий треск свечи томит,
И молчание знобит.
От зимы ли мы промёрзли?
Может просто мы враги?
Было же в глазах тепло,
В отношениях светло.
Может, даже, мы любили,
Но куда же всё ушло?
Может рано огорчаться?
Может реже нам встречаться?
Может надо крепко в чём-то
Человеку разобраться?
Стало ли нам вместе хуже?
Стала ли дорога уже?
И настолько ли глубоко
Мы с тобою сели в лужу?
Может утомила вьюга,
Может кончились друзья?
Может, всё же, друг без друга,
Нам с тобой никак нельзя?

**
Сегодня умер человек.
так неожиданно и резко.
И, значит, кончен чей-то век,
Коль мы всё делим на отрезки.
А с ним ушёл и целый мир.
Всё то, о чём мечтал и мыслил.
И те, кого он так любил,
В прозрачном воздухе повисли.
Хотя среди друзей, родных,
Душа его ещё витает,
Он, словно, среди кущь лесных,
Ещё незримо обитает.
Мы можем верить или нет,
Всё, как умеем, понимаем.
Он видит сверху этот свет,
Хотя для нас неузнаваем.
Страдай, жалей иль не жалей,
Мы разделёны горем общим.
Родным утрата тяжелей,
Чем обретение усопшим.
Любим ты или нелюбим,
Но смерть всегда большое горе,
Ушло всё с именем твоим.
Не важно кто ты — Вова, Боря?
Одно лишь важно, человек,
В миру уже не повторится.
Короткий или долгий век,
С тобою вместе растворится.

**
Что так много ребятишек?
Столько радостных мальчишек.
В зал собрал ребят сегодня
Этот праздник новогодний.
Здесь ребята и зверята,
Обезьянки, негритята.
С ними рядом Дед-Мороз,
Весь кипит, как паровоз.

**
В десанте служит только ловкий,
Цена той службы высока.
Года суровой тренировки,
Всё ради этого броска.
Здесь, как сапёр, лишь ошибись,
И будет только смерть награда.
В ошибке собственная жизнь,
И жизнь друзей, идущих рядом.
Так места не давай тоске.
Тебе ли мужества лишиться?
Считай, что ты сейчас в броске,
Ошибки не должно случиться.
Вся сила твоего таланта,
Должна подняться сразу, вдруг,
Ведь ты не просто из десанта,
Где знамя парашютный круг.
В десанте служба не из лучших,
Но лучшее не выбрал сам.
Ведь не ногами по колючкам,
По пулям грудью прёт десант.
Бросок стремительный вперёд,
И весь он соткан из атак,
Хоть смелых пуля не берёт,
Но с флангов враг, и с тыла враг.
А встретить смерть, кому приятно?
Здесь время измеряют круто,
И лишь десантнику понятно,
Что стоит каждая минута.
Минута ценится вдвойне,
Минута стоит жизни целой.
Минута жизни на земле,
И годы отданные делу.

**
Замутила речку осень,
Усыпила лес и луг.
В подмерзающую просинь,
Выплыл света лунный круг.
Ёжатся в потёмках зори,
Голой полосой берёз.
Почернели копны в поле,
Уж скорее бы мороз.
Над селом порой вечерней,
Дождь холодный в сгустках тьмы.
После слякоти осенней
В радость первый снег зимы.

**
Круче волны, ниже облака.
Напитан солью румпель и борта.
Чайки плачут болью, как мечта.
Даль пустого горизонта,
одноглаза, как пират.
Как душа после ремонта,
Снова требует преград.
Для романтика дорога,
Чем труднее, тем милей.
Все мы тронуты немного,
На исходе чёрных дней.
На протоптанные тропы,
Опустилась тень тоски,
Как надорванные стропы,
Как зыбучие пески.
Человек-конфликт природы,
Укрощать, так дело- швах.
Позади его дороги,
Впереди теснины страх.

**
В думе кончилась бумага.
Нечем думать бедолагам.
Где же ты, заветная,
Бумага туалетная.

**
Есть в российском моём мужике
Удивительное постоянство.
Беззаботен, всегда налегке,
Совмещает с работой пьянство.
Может что-то прибить не туда,
Может что-то не то унести.
Это скромная простота,
Ты за это его прости.

**
Горды наследием отцы,
Но горестно вздыхают внуки.
Вы что же это, подлецы,
Нам ничего не дали в руки.
Ломились скопом в светлый мир,
Едва зализывая раны,
А вас, изношенный кумир,
Звал попросту-мои бараны.
Он всё старался устрашить,
Но только вы и в самом деле,
Успели чудо совершить,
Наблеять многое успели.
А ваши внуки, как синицы,
На чьё-то зарятся устало.
Знай, прут себе из-за границы,
Но им и этого всё мало.
**
На портьере влажного тумана,
Опускался вечер на луга.
Ворковала речка неустанно,
Исподволь точила берега.
Ивняк, привыкнув к этой песне,
Неспешно отходил ко сну.
Что в памяти его воскреснет?
Пусть вспомнит яркую весну.
темнели берега разводами,
Затих последней птицы вскрик.
Туман, устав висеть над водами,
Лёг на журчание, и сник.
Повисли облака, как глыбы,
И погрузились в глубину.
И только плеск голодной рыбы,
Будил ночную тишину.

**
Словно рысь на арену
С горделивой осанкой,
Вылетает на сцену
Не певица, а самка.
Вот включили «фанеру»,
И задёргалось тело.
Семенит не по делу,
И поёт неумело.
Скачет голое диво,
И несёт всякий бред.
Всё в ней, вроде, красиво,
Только голоса нет.
Скачет, как антилопа,
Диких воплей обвал.
Её голая Ж…,
Так и простится в зал.
Под агонию пьяных,
Обнаркоченных рож,
Бьёт её неустанно,
Похотливая дрожь.
Святто место не пусто,
Мокнут бедные стены.
Экскременты искусства,
Так и льются со сцены.

**

Братья и сёстры.

Декабрь 7, 2009 в 12:37 пп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические | Оставьте комментарий
Метки:

Лохматый муж волчицу бил
И поносил негоже.
Вот принесла десяток рыл,
На волчьи не похожих.
Один похож на барсука,
Другой, гляди, лисёнок.!
А третий, присмотрись слегка,
Ну, чистый поросёнок.
Стыдит волчица чудака:
Мол, это ж адаптация,
На ужин приносил хряка,
И вот тебе-мутация.
Всё в положении таком
Заведено природою:
Лечил меня ты барсуком-
И прямо перед родами.
А что последний порося,
Не вижу в том урода.
Да походи хоть на лося,
Мы все одна порода.
Ну, что же в черепе твоём,
Уж вовсе нет понятия,
Что все в одном лесу живём,
И значит-все мы братия.
Пусть кто-то, может и в бегах,
Но вот спроси прохожих:
Мы все на четырёх ногах,
И мордами все схожи.
Меня, скажу, честнее нет.
Я поступаю взвешенно,
В лесу за миллионы лет
Итак всё перемешано.
Ворчал, ватага всё росла-
Когда и кем зачата?
Но раз волчица принесла,
То значит все волчата.

Шутка.

Ноябрь 29, 2009 в 3:15 пп | Опубликовано в Сатирические стихи и юмористические | Оставьте комментарий

Чудак взобрался на чердак,
Да слазил, видимо, не так.
Остался без зубов чудак,
А разве виноват чудак?
**

Блог на WordPress.com.
Entries и - комментарии feeds.